Как я задерживал МЯСНИКА

Буду разбавлять свою страницу реальными историями из своей службы в милиции. Сегодня расскажу, как задерживал мужика, как оказалось позже, имевшего кличку МЯСНИК. Есть вещи, которые не то, чтобы врезались в память, а просто были настолько из ряда вон выходящими в моей обыденной милицейской службе, что вспоминаются легко. И выглядят сейчас в моих глазах пенсионера по выслуге лет и по возрасту, порой несуразными. Итак, сегодня о человеке, у которого каждый день руки были по локоть в крови и ежедневно он проходил на электричку, уходящую с Павелецкого вокзала Москвы, где я, молоденький парнишка, старшина милиции 23 лет, нес службу постового милиционера. Мало того, этого человека знали многие мои коллеги, здоровались с ним и даже точно знали, чем он занимался. 

По моему, это было где-то в апреле 1983 года. На летнюю форму мы еще не перешли. И я стою перед входом на один из перронов в шинели и зимней шапке, с рацией, но без оружия. Пистолеты на службу милиционерам, несущим службу на территории вокзала, не выдавали. Оно было только у ребят, которые ежедневно выходили на работу, чтобы сопровождать электрички. Это были такие парные наряды, в которые подбирали людей поздоровее и которые составляли, так называемый поездной взвод. Как правило, почти все они были иногородние и жили в милицейском общежитии, пока не женились на москвичках. Питались они не плохо, потому как все были крепко сложенными и мордастыми. Кстати, палок резиновых у нас тоже не было. Так что если что, отмахиваться можно было только здоровенной рацией, висящей на ремешке, перекинутым через плечо. Но, честно говоря, я не помню ни одного случая, чтобы рация применялась, как средство защиты или нападения.

Итак, стою, внимательно наблюдаю за идущими мне навстречу и огибающими меня людьми. Поток пассажиров то увеличивается, то уменьшается по мере того, как люди выходят из метро станции Павелецкая. Оцениваю фигуры и лица проходящих  людей, подпадающих под ориентировки, зачитанные на разводе перед заступлением на службу. На фото мы редко ориентировались, потому как их скорее всего делали в каких то   подвалах с выкрученными электролампочками или рисовали художники от слова худо. Но главный интерес представляли пьяные граждане. Если они могли самостоятельно передвигаться, их просто выпроваживали с вокзала. Пусть погуляют, пока не придут в норму.

Причина? Нередко именно пьяные люди гибли под колесами электричек или падали с платформ на рельсы Ну, а тех, кто не мог произнести "МУ...", доставляли в дежурную часть, где они находились до вытрезвления или передавались приезжающему наряду из медицинского вытрезвителя.

И вот, ЧУ!

На меня двигается здоровенный амбал. Глаза стеклянные, и лишь идущие рядом люди не позволяют ему сдуться на асфальт. Мой клиент! Останавливаю и пытаюсь изменить его маршрут. Не получается. Мужик упорно пытается двигаться в стороны электрички, воспринимая меня как столб, встретившийся на его пути. Ни о каких болевых приемах речи быть не могло. Норма алкоголя, принятого им на грудь, явно отключила все болевые рецепторы. Короче, мне нужна помощь еще одного человека или по крайней мере грузчика с тележкой, чтобы довести жертву алкоголя до дежурки. Знаю, что в это время на площади находится несколько милиционеров из поездного взвода, ожидающих свои электрички. Даже вижу несколько из них. Действуя по инструкции, дую в свисток, подавая по два коротких сигнала, означающих "На помощь, ко мне". Оглядываюсь. Все милиционеры куда-то исчезли. Так и не дождавшись помощи, я с короткими передышками доставил полуобморочного мужика в дежурную часть.

А на следующей день мой хороший товарищ из поездного взвода объяснил мне, что же случилось. Оказывается, я задержал мясника из магазина, где отоваривались почти все милиционеры. И естественно, никто из них не хотел быть исключенным из списка клиентов работника прилавка. Похоже это только я и еще несколько человек, как простые инженеры, ходили в кулинарию соседней столовой, что бы приобрести для дома хоть что-то мясное. Потому что в магазин МЯСО я даже не заглядывал. А зачем? Там на прилавке лежали только кости с остатками уже срезанного мяса. А куда оно девалось, мне было тогда не вдомек. 

Конечно, я знал, что у магазина был еще и черный вход. Не поверите, но мне было стыдно им пользоваться. Вот такой я был правильный комсомолец.