+ 286
Страхи писателя
Более 2 лет назад
Писательский страх я бы отнесла к профессиональному риску. Но тут уж дело такое: волков бояться - в лес не ходить. Или не писать? Значит надо собственные страхи знать в лицо и работать над их удержанием в разумных пределах. В этой небольшой статье назову самые обычные страхи писателей.
Итак. На первое место очень многие коллеги ставят "Страх белого листа"
Это когда садишься, открываешь Ворд и находит ступор - о чём же писать-то? Вроде и планов целая куча, но какой выбрать, чтоб максимально легко писалось? И начинают терзать сомнения, а следом и неуверенность. Белый лист ещё девственно чист и ты боишься замарать эту первозданную чистоту, чем-то заурядно-серым, неинтересным.
Страх номер два.
Отчасти проистекает из предшествующего страха. Назовём его: Всё уже написано до меня.
Нам кажется, что мы неоригинальны, ведь всё уже сказано и написано до нас.
И - да, так и есть. Человечеству много тысяч лет и на протяжении всего своего бытия, люди постоянно что-то сочиняли. Конечно, все основные сюжеты уже описаны много-много раз. Однако, общество постоянно меняется и появляется множество новых деталей, нюансов, оттенков игры под названием жизнь. Рождаются новые поколения читателей и им требуются современники, способные отрефлексировать происходящие события.
Третий страх - Критика.
Ну, кому ж приятно, когда в твоём тексте копаются, разыскивая ошибки, обвиняют автора в нелогичности сюжета или недоработанном персонаже. Кажется - стоит лишь опубликовать и начнётся. То - не так и это. И ты уже думаешь, чего ради старался? На самом деле критика - критике рознь. Есть конструктивная и она помогает сделать текст лучше, но есть, увы, и негатив совершенно несправедливый. Особенно уязвим автор в интернете. Так что страх не без оснований, однако существует и "психологическое айкидо" помогающее сохранить нервную систему в относительном здравии. Что для писателя представляется очень важным, ведь внутренний мир по сути наш профессиональный инструмент-))
Четвёртый страх: Я ж не Достоевский.
Ну, Фёдору Михайловичу тоже не сладко приходилось. И от критиков доставалось. За одних "Бесов" сколь натерпелся. А если серьёзно, то этот вид страха, а точнее комплекс неполноценности нам прививают ещё в школе.
- Вот есть классики! А есть просто ты...
Тут потребуется сила воля и отстаивание личных границ. Спорить ни с кем не надо, как и бить себя кулаком в грудь. Однако, и обесценивать себя нельзя.
Разновидностей писательских страхов на самом деле гораздо больше, чем названо в этой статье. Но и статья не последняя-))
Названные страхи, как порог, перешагнув который нам будет легче писать и дышать.
А может вы, уважаемый читатель, поделитесь своим рецептом - как, скажем, преодолеть боязнь белого листа?
Спасибо за внимание!
Вы правы. Особенно на счет пункта, касающегося страха белого листа. Вроде и мыслей много, но они как тараканы разбегаются в разные стороны, как только хочешь написать что-то приличное.
Вот вроде и тема есть животрепещущая, а как раскрыть её так, чтобы нигде и ни разу не повториться с чем-то когда-то уже увиденным, или когда-то услышанным, - бывает очень сложно.
Хотя, если бы это было легко, то писатели бы канули в лету. Если каждый умеет писать романы, рассказы, стихи и пьесы, то тогда зачем, в таком случае, нужны писатели? Зачем покупать книгу, если сам можешь придумать себе любую историю? Кому предложить свою историю, если другие тоже могут её написать?
То, что сделать сложно, то и ценится.
Лично для меня средством борьбы со страхом белого листа стало практикование фрирайтинга или вольного (свободного) письма. Она состоит в том, чтобы в выделенное для тренировки время записывать на листе бумаге любые мысли и любые слова, которые приходят в голову в данный момент времени.
Вместо механического письма рукой на листе бумаги я печатал текст на компьютере в обычном Ворде. Итоговые "сочинения" сохранял, а потом время от времени читал свои "произведения".
Самым трудным для меня было освободиться от контроля своего внутреннего цензора, который мгновенно оценивал каждое написанное слово и тем самым отвлекал от процесса изложения собственных мыслей.
А это мгновенно отражалось на скорости набора текста, которую я хотел увеличить с помощью тренировок по фрирайтингу. Однако, чем дольше продолжались мои тренировки, тем больше ослабевал контроль цензора и увеличивалась скорость набора.
Чтобы не отвлекаться на всевозможные знаки препинания, ограничивался лишь заглавной буквой в начале предложения и точкой в его конце. Такую вольницу позволил себе из-за того, что не владею навыком слепой печати.
Продолжительность каждой тренировки определил для себя в размере получаса. Чтобы не пропустить ее окончание устанавливал звонок будильника на необходимое время.
Сначала было очень трудно выдержать положенное время, а тем более написать что-то вразумительное, так как внутренний цензор был очень жесток ко мне и не позволял уловить необходимую мысль, которую можно было бы отразить в виде своего текста.
Но с течением времени промежутки между его атаками становились более длительными, что позволяло лучше сконцентрировать свое внимание и продолжить набор текста.
Когда в процессе тренировки наступало состояние, так сказать, полного безмыслия, чтобы заполнить возникшую паузу многократно писал одну и ту же фразу типа: "лошадь едет по дороге и стучит копытами".
На этапе примерно четвертого или пятого повторения в сознании возникала мысль, которую можно было воспроизвести в своем тексте.
Перед началом тренировки и в ходе ее выполнения я старался разрешить себе писать любую ахинею и не акцентировать на этом внимание. Когда это удавалось, возникало ощущение, что внутри меня кто-то диктует, а мне остается только записывать услышанное.
В таких случаях и время тренировки проходило очень быстро, и количество напечатанных символов оказывалось больше обычного. Но даже в состоянии своеобразного литературного потока не всегда удавалось обойтись без лошади, стучащей своими копытами по мостовой.
Но чем чаще я вспоминал о ее существовании в случае очередной заминки и стремился прибегнуть к ее помощи, тем реже эта помощь была оказываема.
Наверное, мой внутренний цензор не любил звука цоканья лошадиных копыт о каменную брусчатку, а потому ослаблял свой контроль, что позволяло мне более качественно проводить свои тренировки.
Реализация озвученной практики позволила мне лучше и чаще слышать свой внутренний голос, не бояться содержания итоговых текстов, а также переживать очень интересные внутренние состояния, смысл которых весьма затруднительно передать обычными словами.
Методом слепой печати владею еще со школы. В выпускном классе у нас был предмет УПК, где мы сами выбирали себе дополнительный предмет. Научилась этому быстро. С ахинеей у меня тоже нет проблем. Бегемот, лица, осел, и белка... С этим нет проблем. Но ведь за ахинею платить никто не желает. Хочется выдавать шедевры. А с этим пока сложнее.
Но мы работаем над этим.
Настоящие шедевры помогает создавать инсайт и вдохновение. А если все подряд на листок записывать, то толку сильно не будет. Вы наверно графоман и поэтому пока ваши произведения профессиональными не назвать. Тренируйтесь и может быть в будущем усилия оценят по достоинству.
Уважаемая, Нина! Не вижу особого смысла вступать в полемику относительно того, что собой представляет графоманство и чем оно отличается от фрирайтинга (или наоборот). Но ваши подозрения относительно моей склонности к графоманству буду теперь воспринимать как комплимент.
А если серьезно, то для любого суждения, как мне представляется, необходимо приобрести хотя бы минимальный практический опыт в интересующем вопросе, а потом уже делать какие-то выводы.
Но тем не менее, искренне благодарю вас за высказанное мнение, которое надеюсь поможет мне в будущем безошибочно находить границу между графоманскими и профессиональными произведениями.
Если же это мне по каким-то причинам не удастся, позвольте обращаться к вам за помощью, так как именно вы (по моим личным ощущениям) обладаете необходимой в данном вопросе профессиональной экспертизой.
