Пока общество пыталось запереть любовь в клетку брака, пара интеллектуалов из Парижа решилась на странный эксперимент.
Жан-Поль Сартр и Симона де Бовуар.
Их роман, ставший воплощением свободы, длился больше половины века: без брачных клятв, сцен ревности и собственничества. Они создали контракт, в соответствии с которым существовала "главная любовь" - их связь, и так называемые "вторичные" отношения: романы на стороне, о которых они честно информировали друг друга.
Сейчас их союз назвали бы полиаморным, а тогда это было ближе всего к философскому перформансу. Они хотели любить, но не владеть.
Свобода для Сартра была не просто красивым словом, а фундаментом, на котором строилось бытие.
С точке зрения экзистенциализма человек является проектом и не принадлежит никому. Да, звучит как утопия, но в реальности всё было сложнее.
Свобода красиво звучит на бумаге, но способна принести боль в жизненных обстоятельствах. Эксперимент этой пары сопровождали смешанные чувства и драматические повороты, и подчас свобода одного человека ранила другого.
Но они продолжали этот опыт, ставя честность выше удобства.
Культура 21 века всё ещё балансирует между двумя понятиями: любовь как союз и любовь как свобода.
Выбрав второй вариант, Сартр и Бовуар прожили его до конца. Да, модель была не идеальной, но это был смелый эксперимент над самой природой отношений.
Вопрос о том, можно ли любить, не владея, остаётся открытым. Но ясно одно: любовь это не клетка, а пространство, где двое каждый день выбирают друг друга.
Можно обуздать ревность. Но ... Мне дама рассказывала, что секс с "чужим" мужчиной вызвал у нее рвоту. Думаю, что такое может случиться от "грязи" в таких отношениях. Или как это назвать? Мы же не пьём воду из лужи? Ищем чистую воду.