Эффект Ляли Чёрной

Во время гастролей по Грузии Евгений Весник однажды умудрился совершить почти подвиг, доступный далеко не каждому артисту.

Всё началось с невинной остановки у привокзального киоска.

Весник вышел на перрон, заметил торговца, вступил с ним в переговоры и увлёкся процессом. Торговля шла своим чередом, железная дорога жила по расписанию.

Пока артист держал театральную паузу, сбивая цену, состав молча тронулся. И увёз остальных участников гастролей навстречу новым городам, оставив Весника на перроне в ночной пижаме.

Положение складывалось живописное. В карманах пижамы не обнаружилось ни денег, ни документов, ни адреса товарища, готового принять человека в тапочках.

В распоряжении артиста оставалась фотография, на которой он был запечатлён рядом со знаменитой цыганской певицей Лялей Чёрной. В тот момент снимок выглядел скорее семейной реликвией, чем средством спасения.Вообще, понять логику служителей муз, задача для среднего ума неразрешимая. Зачем человеку, вышедшему ночью на перрон за сигаретами или газетой, брать с собой портрет Ляли Чёрной? В пижаме, где по определению не предусмотрено место для личного архива...

Но факт остаётся фактом, документов не было, а фотокарточка была.

В привокзальной милиции Веснику сообщили, что следующий поезд будет завтра. Железнодорожная система продемонстрировала завидное спокойствие. 

И тут взгляд артиста упал на скверик, где расположился небольшой цыганский табор.

Весник с фотографией отправился туда. Расчёт был рискованный, зато других вариантов судьба ему пока не предложила. Он показал снимок, и произошло маленькое чудо человеческой солидарности.

Увидев Лялю Чёрную, цыгане прониклись к неожиданному гостю таким уважением, что его положение изменилось буквально за несколько минут.

Ещё недавно перед ними стоял артист в пижаме и тапочках, а вскоре он уже был одет с головы до ног. Ему подарили часы, вручили деньги, накормили, напоили, усадили в легковой автомобиль и отправили догонять поезд.

Оказалось, фотография знаменитой певицы обладала гораздо большей покупательной способностью, чем наличные деньги, которых у Весника как раз и не было. 

Вернувшись в Москву, Евгений Яковлевич отправил своим спасителям деньги. Однако вскоре перевод вернулся обратно. Цыгане отказались принимать плату за помощь, словно речь шла о совершенно естественном поступке, за который порядочные люди счёт выставлять не привыкли.

Так артист получил редкий урок экономики. На вокзале его подвела торговля, зато спасла фотография. Деньги оказались лишними, часы остались подарком, а пижама, вероятно, получила право на отдельную главу в гастрольных мемуарах.