Представьте себе 1955 год. На далёком гавайском острове Кауаи местные врачи бьют тревогу из за высокой детской смертности. Чтобы разобраться в причинах, медики берут на карандаш всех 698 младенцев, родившихся на острове за этот год.
Обычная врачебная проверка неожиданно превращается в величайший психологический длиною в 40 лет.

Чуть позже к проекту присоединяется психолог Эмми Вернер. Она быстро понимает, что крошечный остров посреди Тихого океана является идеальной лабораторией под открытым небом.
Уехать с Кауаи сложно, местные жители знают друг друга в лицо, а значит, ни один испытуемый за 40 лет случайно не потеряется. Вернер решает проследить за этим поколением от первого крика в роддоме до седины на висках.
Вопреки расхожему мифу, исследователи наблюдали за детьми сплошным потоком. В научную сеть попали отпрыски богатых владельцев плантаций, дети скромных учителей, потомки японских, филиппинских и португальских рабочих.
Благополучные малыши стали контрольной группой, этаким эталоном нормальности, с которым сравнивали всех остальных.
Однако пристальное внимание психологов приковала к себе особая группа из 201 ребёнка. Эти малыши вытянули на старте самые тяжёлые билеты. Хроническая нищета, тесные лачуги, вечные скандалы, алкоголизм родителей, психические расстройства в семье и тяжёлые родовые травмы.
Классическая психология середины прошлого века вынесла этим детям суровый приговор ещё в колыбели. Специалисты мрачно качали головами и предрекали бедолагам криминал, разрушенные судьбы и вечные кабинеты психотерапевтов.
Проходили годы. Солнце так же лениво катилось над сахарными плантациями, океан накатывал на вулканический песок, а младенцы превращались в угловатых подростков, затем в молодых взрослых, а потом и в зрелых людей.
Учёные скрупулёзно фиксировали каждый шаг своих подопечных в 1 год, в 2 года, в 10, в 18, в 32 и в 40 лет. И вот тут стройная теория о фатальной предопределённости дала оглушительную трещину.
Ровно треть детей из самой безнадёжной группы, а именно 72 человека, выросли в абсолютно здоровых, уверенных в себе, успешных и заботливых взрослых. Они строили крепкие семьи, делали карьеру, помогали окружающим и выглядели так, словно ужасы их детства происходили в чужом кино.
Более того, многие из оставшихся двух третей, успевших наломать дров в бурной юности, к 30 или 40 годам чудесным образом брали себя в руки и выкарабкивались из жизненной ямы.
Эмми Вернер пришлось срочно переписывать учебники и вводить в науку понятие жизнестойкости. Внимательно изучив биографии этих 72 счастливчиков, учёные вывели три главных секрета их выживания.
Во первых, характер самого ребёнка. С раннего детства эти малыши отличались удивительным дружелюбием, активностью и способностью вызывать симпатию у окружающих. Взрослея, они обретали твёрдую веру в то, что штурвал жизни находится в их собственных руках.
Во вторых, присутствие хотя бы одного надёжного взрослого. Чтобы спасти детскую психику от разрушения, совершенно необязательно иметь идеальных родителей с обложки журнала. Вполне хватало чуткой бабушки, старшего брата, школьного учителя или даже доброго соседа, который безусловно принимал ребёнка и искренне в него верил.
В третьих, спасительный круг общения за пределами дома. Церковный приход, спортивная команда, молодёжный клуб или просто дружная компания давали подросткам чёткие правила игры и чувство плеча.
Получается, плохие стартовые карты на руках ещё ничего не решают, если по ходу партии вовремя подвернулся правильный человек.
Правда, после всех этих вдохновляющих открытий остаётся лёгкое чувство досады.
Лишиться любимого оправдания всех своих взрослых неудач тяжёлым детством оказалось слишком просто, а вот найти ту самую мудрую гавайскую бабушку в соседнем подъезде до сих пор задачка со звёздочкой.
Ольга, как Вы точно сказали. Где эта самая гавайская бабушка? Где человек, который не будет пилить тебя за твои недостатки , явные или выдуманные, не будет возводить стены, а научит этой пресловутой вере в себя? И ведь никто не обязан. У всех своя жизнь и свои дети/внуки. Вот только... Самые болезненные травмы наносят именно близкие. И это считается заботой. Ведро с крабами - тоже забота. Куда лезешь, сидеть. А вокруг есть люди, которые помогут, подскажут. Но нет тех, кто повторил бы: попробуй ещё раз!