В 1955 году Сергей Юткевич снял «Отелло», а главную роль сыграл Сергей Бондарчук. Фильм получился большой, серьёзный.
Страсти, ревность, интриги, любовь, трагедия. Люди страдают, принимают роковые решения, а зритель сидит и понимает, что семейная жизнь способна довести человека до таких глубин, куда психология уже не достаёт.
В те годы кино часто вывозили к зрителю. Фильм привозили в районный центр, собирали жителей окрестных деревень и устраивали после просмотра обсуждение.
Такая культурная работа считалась делом важным. Народ смотрел искусство, искусство смотрело на народ, а потом народ рассказывал искусству, что он о нём думает.
Один из таких показов состоялся где-то в Костромской области. В доме культуры собрались местные жители. После финальных титров зажёгся свет, зашуршали стулья, задвигались люди. Началось обсуждение.
Говорили о Шекспире, о героях, о характерах, о человеческих страстях. Суждения звучали самые разные. Некоторые отличались глубиной, некоторые держались на впечатлениях, полученных непосредственно из зрительного зала.
Особенно запомнился один пожилой зритель. Мужчина уже успел принять на грудь и смотрел на трагедию великого английского драматурга с той практической ясностью, которую иногда придают человеку несколько рюмок.
Он внимательно посмотрел на Бондарчука и решил высказаться.
— Картина, — сказал старик, — хорошая. Конечно, хорошая картина. Только длинная.
Бондарчук, вероятно, ожидал продолжения разговора об образе Отелло, о Шекспире, о режиссуре.
Старик продолжил, но в ином русле:
— Вот если бы ты, мил человек, эту стерву сразу задавил, а не в самом конце, оно, может, и лучше было бы. А так длинно.
Иногда великому искусству действительно требуется всего один человек в первом ряду, чтобы напомнить о главном. У каждого зрителя есть своё понимание драматургии.
Особенно после третьей рюмки.
Бывает. Как в анекдоте? Первая рюмка - колом ... Последняя рюмка - лишняя. Поэтому пьём только 8 рюмок их выставленных десяти.
И никаких завихрений в голове. Всё ясно и просто