Скандальные книги Гюзель Яхиной

Имя Гюзель Яхина известно многим. Даже тем, кто не читал её книги. На Первом канале недавно демонстрировали фильм "Зулейха открывает глаза" по одноимённому роману.

Этот первый роман Яхиной рассказывает историю татарки Зулейхи - жены убитого кулака, отправленной в ссылку. Кроме ужасов ссылки в романе присутствует любовная линия - между репрессированной Зулейхой и  красным комендантом. 

История буквально просилась в кино. Однако, за Зулейху Яхиной прилетело не мало оскорблений. Главным упрёком стала сама тема. 

Оказалось для многих сограждан неприятна мысль о том, что в истории нашей страны были такие вот моменты, когда государство буквально гнобило людей. Ну какой из Зулейхи враг? Неграмотная крестьянка, битая мужем, схоронившая четверых детей. Зато в ссылке выживает в совершенно неприемлемых условиях сын, что само по себе является чудом.

Яхину обвинили в том, что типа " грязное бельё на показ выставлять неприлично" И нечего писать о том. Было и было и быльём поросло.

Но писательница не угомонилась, однако. И вскоре выдала второй роман. Уже, на мой взгляд, более серьёзный, хотя и менее  кинематографичный.

"Дети мои" - роман с одной стороны исторический, показывающий жизнь поволжских немцев в начале прошлого века, с другой стороны - очень личный, исследующий судьбу и чувства человека. Герой романа - немец Бах случайно становится отцом двум некровным детям. Постепенно читатель видит, как зреет и крепнет отцовское чувство. Очень здОрово, что чувство это не привязано к биологии. Любить родных детей способен и волк, а вот принять и  не просто принять, а полюбить сироту может только  существо высшего плана.

Роман этот хорошо был принят читающей публикой. Но Яхина написала и третий роман, который вызвал очередной скандал.

"Эшелон на Самарканд" описывает спасение голодающих детей. Опять же действие происходит в 20-е годы прошлого столетия, то есть  в тот исторический период, в котором живут и прочие герои Яхинской прозы.

У этого произведения есть явная перекличка с ""Ташкент - город хлебный" Александра Неверова. Но перекличка ограничивается темой. Яхина, конечно же, пишет свою историю. И надо сказать, пишет очень образно. Это и есть писательский дар, когда читая перед внутренним взором у тебя так и всплывает картина.

Эшелон медленно ползёт в Среднюю Азию, в вагонах умирающие от голода и беспризорности дети, которых надо в дороге ещё и кормить и лечить, а ничего нет, даже топлива.

Комендант поезда Деев делает невозможное, находя самые причудливые способы выживания, чего стоит яблоня с яблоками водружённая на крышу вагона.

А в чём же скандал?  

После презентации романа на Гюзель Яхину напал самарский историк Григорий Циденков, обвинив писателя ни много ни мало - в плагиате!

Якобы, Яхина использовала публикации самого Циденкова из его блога в Живом Журнале. Циденков, действительно, занимается исследованием темы голода в постреволюционной России. Но почему историк решил, что никто более не имеет права писать на эту тему?

Разумеется, к Циденкову присоединились и те, кого раздражала ещё Зулейха.  И всё это указывает на то, что общество слишком невротизировано и не умеет обсуждать сложные вопросы.

При этом никто не высказывает претензий относительно художественной формы произведения.

Кстати, сам же Циденков признался, что полностью роман Яхиной так и не прочёл. Повторяется трагикомическая ситуация: "Пастернака не читал, но не одобряю"

Хочется быть оптимистом и верить, что это временно.