Чем мы занимались на лекциях по истории КПСС

В институте я учился ещё в советское время. Поэтому не знаю, есть ли сейчас в институтской программе предметы, которые будущему специалисту и на фиг не нужны.

У нас таких предметов хватало: история КПСС, диалектический и исторический материализм, политэкономия капитализма и социализма и, как венец всему, на пятом курсе - научный коммунизм.

Последний предмет был даже вынесен на госэкзамен: в дополнение к трём действительно нужным предметам по специальности. И считался таким же важным. Мне, например, четвёрка на госэкзамене по научному коммунизму стоила красного диплома.

А историю КПСС изучали на втором курсе.

К тому времени мы уже знали (двое-трое преподавателей сказали об этом сами), что такие предметы часто ведут не специалисты в этом, а те, кому не хватило места в штате для работы по своей настоящей специальности.

Думаю, что преподаватель по истории КПСС был тоже из их числа.

Свои лекции он читал строго по листам, практически не поднимая головы.

С одной стороны, это было хорошо. Можно было заниматься на лекции, чем хочешь.

Разумеется, мы догадывались, что придёт время, и нам надо будет на экзамене излагать всё то, о чём сейчас бубнит препод, но ведь это ещё ко-о-о-гда будет! Наверняка к тому времени что-то придумается, и выкрутимся, как всегда.

Но была у этого преподавателя особенность, которая нас поражала. Он настолько точно рассчитывал материал лекции, что после того, как откладывал в сторону последний листок, успевал лишь спросить: "Ну, какие-то вопросы будут?" - и тут сразу же звенел звонок.

Вообще-то мы на лекции занимались чёрт-те чем: болтали потихоньку друг с другом и девчонками, договаривались о встречах и свиданиях, кто-то делал письменную работу для следующей пары, а кто-то просто спал, благодаря тому, что аудитория была расположена амфитеатром, а препод глаз от бумаг не поднимал.

Но этот вот его талант - рассчитывать время лекции - покоя нам не давал. И у многих со временем выработалось чёткое желание что-то в этом процессе нарушить.

И однажды решились.

Пары у нас в тот период проходили в формате 2 по 45 минут и между ними пятиминутный перерыв. Аудиторию покидать было нельзя, но встать с места, размять ноги и пр. - это можно.

Вот на этот перерыв и было намечено основное действие.

Провернули всё это на ближайшей же лекции. 

Во время перерыва две девчонки подошли к нему и при помощи ляляля якобы по предмету прочно завладели его вниманием.

А третья в это время подошла к кафедре и переложила несколько листов из правой (т.е., еще не прочитанной) стопки в левую.

Девчонки, а не парни были выбраны по той причине, что на них подозрений меньше. Но они и сами не были против, а наоборот, восприняли своё задание с энтузиазмом и смехом.

Когда перерыв закончился, все бросили заниматься своими делами и, тем более, спать. Всем хотелось видеть, что сейчас будет.

Минут за 20 до конца пары преподаватель переложил последний лист из правой стопки в левую и ошеломлённым взглядом осмотрел кафедру. Глянул на часы и спросил нас: "А сколько времени до конца?"

Мы с готовностью ему ответили. Он окинул взором даже пол возле кафедры - никаких листов больше не было.

Минуты три мы просто смотрели друг на друга. По его лицу было понятно, что он лихорадочно обдумывает, что сейчас делать. 

Ничего особенного не придумал и, сказав: "Странно, вот перед вами читал эту же лекцию на другом факультете - там всё как раз по времени было".

Наконец, не найдя ничего лучшего (а может, уже что-то подозревая), стал рассказывать, какой это важный предмет - история КПСС, как он нам пригодится в нашей будущей работе и какие болваны те, кто этого не понимает.

Звонок об окончании пары стал облегчением и для нас, и для него. Думаю, для него даже больше.

Посмеявшись, мы, в принципе, и забыли про этот случай сразу же. Но преподаватель нам сам напомнил.

Следующую лекцию он начал словами: "А вы мне в тот раз листы переложили!"

Хотел, по-видимому, ещё что-то сказать, но спохватился, что тогда во время не уложится, и занялся своим привычным делом.

Его слова и наше разоблачение спровоцировали нас на обсуждение вопроса, а что было бы, если бы листы мы переложили не вперёд, а назад?

Предполагали разное, но в конце пришли к выводу, что это надо проверять практически, а не гадать на кофейной гуще.

Конечно же, мы не собирались снова проверять на нём же! И неловко как-то да и трудно уже будет: предупреждён - значит, вооружён. Второй раз его на том же самом не подловишь.

Но долго над этим размышлять не пришлось: преподаватель диалектического материализма подходил по всем параметрам. К тому же, он был намного моложе.

Процедура была уже испробована и откатана, так что всё прошло чётко и без ненужной суеты. Две девчонки (те же самые) ляляля, третья вертанула несколько листов назад.

Когда перерыв окончился, преподаватель читал нам минуты три, потом остановился и задумчиво сказал:

- Впрочем, я, кажется, это вам уже говорил.

Потом рассмеялся и добавил:

- А-а! Мне Игорь Михайлович про вас рассказывал!

После чего встал слева от кафедры и всю дальнейшую лекцию читал, не заглядывая в бумаги.

Кстати, вскоре после этого пятиминутный перерыв убрали, и лекции шли полтора часа без всяких пауз.

Мы тогда ещё подумали: а уж не из-за нас ли?

Ну, что же, как сейчас отношусь к этому лично я.

Да нормально. Мы же были молодыми.

А молодость - её нельзя сковать или ограничить какими-то рамками: всё равно энергия вырвется наружу.

И ещё думаю, нам здорово тогда повезло, что всё это мы провернули над мужиками!

Будь хотя бы одним из преподавателей женщина, вряд ли всё закончилось бы так мирно!